Больные вопросы, или «прозрачность» личной жизни

Больные вопросы, или «прозрачность» личной жизни

Александр Туревский

Люди говорят о многом – погоде, политике, ценах. Перечислять можно долго. Иногда могут сказать что-то грубо, сделать не так, не оправдать ожиданий. Это тоже постоянно обсуждается. Но одна тема остается как бы за кадром, хотя порой и прорывается раздраженными репликами тех, кого она коснулась. Это – досужие расспросы и тупо-абстрактные советы по наболевшим, часто хроническим проблемам, с кото­рыми человек сталкивается на разных этапах своего жизненного пути.

Мало говорят об этом по двум причинам – одни настолько свыклись с невежеством или в нем выросли, что бесцеремонное «влезание» в наи­более сложные и нередко практические нерешаемые вопросы жизни другого человека для них совершенно обыденное дело, другим же стыдно при­знаться, что такие «пустяки» их травмируют и отравляют существование. Что ж, попытаемся пройтись по этой странной «технологической цепочке».

«Не женился?/ Замуж не вышла?», ...«Надо, надо».

Пока тебе чуть больше двадцати, достаточно много знакомств в среде своих ровесников, а материальные проблемы относительно не бес­покоят, это вызывает лишь усмешку, хотя уже начинает раздражать. Но в тот период ты экономически несамостоятелен, где-то учишься или находишься на низших должностях, и потому база для создания семьи весьма непрочная, что обычно видят представительницы прекрасного пола. Они соблюдают определенную дистанцию. Их можно понять, ведь речь идет не только о любви, но и о материальном обеспечении пред­полагаемого ребенка и их самих в периоды нетрудоспособности. Им тоже приходится выдерживать жесткий прессинг со стороны пожилых родственниц, соседок, коллег и ровесниц, недавно вышедших замуж и желающих этим похвастаться. Но им приходится наблюдать, что в большинстве семей далеко не все благополучно во взаимоотношениях, с деньгами, жильем или/и родственниками. Узел крайне запутанный, а «народ» бесцеремонно лезет в душу. Возникает встречный вопрос: пытаться создавать семью с кем попало или списать себя в «старые девы»/холостяки? И как обеспечить хотя бы минимально-достаточный заработок, чтобы хватало на еду, жилье и одежду?

За что творческое небыдло так ненавидит русских мужчин, или Жила-была одна баба

за что творческое небыдло так ненавидит

русских мужчин, или Жила-была одна баба

Александр Бирюков

Фильм от именитого советского режиссёра начинается с обряда венчания, после которого – почти сразу же – автор переходит к тому, чем и характерен его фильм.

Вначале он показывает новомодное нынче явление – супружеское изнасилование. Новобрачная кричит и упирается, её насильно тащат на супружеское ложе. Так надо. Жестокие, средневековые традиции довлеют над нравственностью и свободой под аплодисменты эстетов, взирающих на это из зрительного зала. Мужик-зверь грубо насилует ревущую и бьющуюся от боли и унижения жену. Да, всё по-скотски, по-звериному. Эстеты такое любят и ценят.

Мужское насилие – лейтмотив фильма. Мужчина на свадьбе ни с того ни с сего ударил женщину (показано, будто просто так). Та чуть ли не захлёбывается кровью, кричит «убивают, православные», что должно вызвать ненависть к мужчине-насильнику-агрессору.

Свекровь с ненавистью указывает, где новое место снохи – у печки. Кухонное рабство в самых мрачных тонах.

Муж, разумеется, представляет собой средоточие всех низменных качеств: похотлив, жесток, угрюмый, пьяница, драчун. Изменяет жене.

Жена затюканная, косноязычная до того, что еле-еле связывает два-три слова в предложение. Затюкана и задавлена, разумеется, патриархальным гнётом, который не даёт развиться личности.

Свёкор – алчный скряга, человеческие судьбы и самоё счастье меряет деньгами. «на твою свадьбу коня можно было купить». Он тоже жестоко избивает сноху. Вообще тема мужского насилия смакуется так, что невольно возникает подозрения насчёт подсознательных пристрастий автора фильма. Они кайфуют от каждого кадра избиений. Бедную девушку не избивает до крови только мёртвая лошадь. Когда девушка решает повеситься, свёкор не препятствует, намекая, что её жизнь стоит гораздо дешевле умершего коня. «Тут все в моей воле ходють, и ты будешь», - говорит тиран-патриарх, попутно иногда насилуя сноху. После изнасилования её опять мордуют всей семьёй. Избиения сменяются изнасилованиями, изнасилования – избиениями. И так круглые сутки. Такой представляют себе крестьянскую семью наши уважаемые умельцы-кинодельцы.

Иногда девушку жалеют, чем ещё больше угнетают её волю и унижают человеческое достоинство, присущее сильной свободной женщине.

Золовка усердно трудится сутенёром – требует, чтобы невестка отдалась мужикам в кабаке за полтора рубля. «Поди, заработай полтора целковых!» - в сердцах говорит она, когда бедная девушка отказывается подработать проституткой.

Одним словом, семья показана в самых гадких, мрачных тонах. Будто это не семья, а застенки гестапо или скотобойня, а люди – не родственники, а матёрые садисты. Особенно – в первую очередь – мужчины, думающие только о том, как им более жестоко угнести женщин.

Однако насилуют и избивают героиню не только домашние, но и случайные прохожие. Все подряд. Нападают, избивают и тут же насилуют. Потом опять избивают. Потом за то, что её изнасиловали, её избивает и насилует муж… и так до бесконечности…

Зачем было ТАКОЕ снимать? Такую откровенную ЛОЖЬ? Мало того, показывать её не как единичный случай несчастной семьи, а как ТЕНДЕНЦИЮ? Потешить свою страсть к садизму? У каждого из нас были деды и прадеды. У каждого есть своя родовая хроника. Но никто не помнит такого ужаса. Да и не было его. Разве что в крайне редких единичных случаях, о которых говорят шёпотом, как о Джеке Потрошителе или Чикатило.

Но в этом фильме тотальная чернуха выдаётся за нравы и традиции моих предков. Сам автор – Андрей Смирнов – называет фильм ИСТОРИЧЕСКИМ. Он утверждает, что показал ровно то, что «в той или иной мере пережила практически каждая семья в России». Г-н Смирнов говорит мне: твой дед и прадед так делали. Ежедневно насиловали своих и чужих жён и детей, избивали их, калечили. А может быть, после побоев жён резали, жарили и ели. Кстати, тема каннибализма в русской патриархальной семье – неплохой стартап для следующего небыдло-русофоба. И зрелищно, и эпатажно. Русская семья – чего же вы хотите? Грязь, мерзость, дикость и запустение. Звери на терминальной стадии морального разложения. Даже хуже.

Можно ещё сказать о сволочении советской власти, коей автор некогда служил верой и правдой. Можно упомянуть о том, что на протяжении фильма так и не показали ни одного нормального, хотя бы более-менее положительного персонажа, за исключением эпизодических. Все поголовно убийцы, насильники, пьяницы и деграданты. Но это лишнее. Разве эстеты оценят положительный образ в кино?

Удивительно, что этот же Андрей Смирнов снял замечательный фильм «Белорусский вокзал». Видимо, со сменой эпох меняются не только заказы, но и внутренняя мораль…

За что автор так презирает русский народ? За что он так ненавидит мужчин? Оне испытывает наслаждение при смаковании садизма? Или у него установка в очередной раз снять ролик о том, как мужчины истязают женщин? Тотально, каждую секунду и жестоко? Или задача в другом – показать традиционную русскую семью как свору бешеных похотливых зверей, а русские традиции – как тяжкую степень содомии?

Немного слов о полезном и приятном

Немного слов о полезном и приятном.

Состоялась моя встреча с лидером Мужского движения Дмитрием Селезнёвым. Вот он:

Кроме разных разговоров на очень серьёзные, серьёзные, почти серьёзные и абсолютно несерьёзные темы коснулись книги Олега Новосёлова и его известной книги. Оказалось,  Олег привёз Дмитрию несколько бумажных экземпляров, один из которых Дмитрий подарил мне. Книга с автографом автора.

Олег Новосёлов.

Дмитрий Селезнёв и Олег Новосёлов. Родные мамы вряд ли отличат их друг от друга))

Книга Олега. Колоссальный труд.




Автограф Олега. Почерк врачебный))


Ну и, конечно же, самая главная фотка))))))

Мудрая Ульрика. Часть вторая.

Давным-давно, - начала Ульрика, - в суровой Норвегии жил конунг Харальд. Во всех северных землях не было никого храбрее него. Однажды собрался он на войну и послал глашатаев во все свои земли – объявить, чтобы все мужчины брали оружие и собирались в столице – Тронхейме. Один из глашатаев приехал в небольшой городок и на площади призвал горожан на войну. В том городке жили три брата – Асбьёрн, Варг и Вигго. Асбьёрн, толстый и приземистый, очень любил всё блестящее и считал, что разбирается в красоте. Вигго был худой и жадный, а Варг– сильный, злой и глупый. Кроме того, все знали этих братьев как отъявленных хвастунов. Услышав слова глашатая, Асбьёрн воскликнул:
- Как только я появлюсь перед врагами, они испугаются даже вступить со мной в битву! Я выиграю бой, не пролив ни капли крови! И для этого я сделаю себе самый прекрасный меч, которого не было даже у конунгов!
Услышав похвальбу брата, Варг не мог смолчать:
- А я, когда вступлю в битву, буду сеять смерть среди врагов, словно Тор среди ётунов! И в руках у меня будет самый страшный меч, который когда-либо был создан людьми! Сам Один будет на моей стороне!
Не сдержался и Вигго:
- Что за хвастуны?! – воскликнул он. –  Когдая появлюсь на поле боя, все узнают, сколь я славен в ратном деле!
Горожане знали, что братья недалёкие люди, укоторых слов больше, чем дела. Но речи Асбьёрна, Варга и Вигго были настолько пламенные, а голос настолько твёрд, что люди на сей

О мужчинах на коврике

Есть такая категория мужчин, которые исполняют любые капризы девушек, заваливают их подарками, танцуют на задних лапках, проглатывают любые обиди и оскорбления, заискивающе улыбаются. Выглядят жалко, униженно. Они не понимают, что такой собачьей покорностью нельзя заслужить любовь девушки. Можно заслужить лишь ошейник, поводок и место на коврике. Но не в сердце. Место в сердце вообще нельзя ЗАСЛУЖИТЬ. Его можно обрести добротой и лаской, можно потерять, изменяя и обманывая, но заслужить его невозможно.

В чём сила женщины?

Некоторые девушки ноют, перевелись, мол, настоящие мужчины - сильные, смелые, упорные, самодостаточные, серьёзные. Все какие-то бесхарактерные хлюпики...  

Другие заявляют - хочу, чтобы всё было по-моему. Хочу повелевать. Но повелевать не тряпкой (тряпки мне противны). Хочу повлевать сильным, твёрдым мужчиной!!! Хочу иметь мужчину, твёрдого, как сталь, но мягкого, как пластилин... В своих странных фантазиях они даже не замечают явного несоответствия... В результате, оставшись в одиночестве (прогнав хлюпиков и потеряв сильных мужчин), такие девушки недоумевают: "в чём же дело???!!! Я королева, передо мной мужчины должны сотнями ползать - а никто не ползает!!! Козлы! Боятся настоящих женщин!!!"  

Наталья Бахадори, журналист Духовно-просветительской газеты "Ас-салам" пишет: 

 

...факт очевиден – быть сильной для женщины стало способом выживания в нынешнем мире. Быть сильной в современном понимании – это значит быть непокорной и непослушной. К сожалению, уже очевидно, что появление сильных, непокорных и непослушных женщин привело общество к тому, что в нём стали превалировать… слабые мужчины. Просто всё так устроено было с самого начала, что у каждого своя роль. И это было правильно: каждой детальке своё место и тогда весь механизм работает исправно.
...Вот тут-то и становится важным и необходимым для женщины – проявлять послушание и покорность супругу. Получается, что женщина проявляет покорность и послушание – и в ответ имеет сильного и мужественного супруга!
Волевая и непокорная женщина чаще всего может «всё сама» и поэтому рядом имеет того, кто сам не может… ничего. Она или одна, или со спутником жизни – хлюпиком и сынком такой же властной мамочки. Обычно сильные женщины хотят себе не такого мужа и поэтому одиночество – хроническое заболевание таких женщин. Потому что сильный мужчина чаще всего, устав в ежедневной борьбе, не хочет приходить домой, как на поле боя, где нужно постоянно доказывать, что ты сильнее жены и тут главный. ... В хадисе сказано: «Этот мир является наслаждением, а наилучшим наслаждением является добродетельная жена» (Муслим).

Мудрая Ульрика. Часть первая.

 Александр Бирюков

В долине, среди высоких каменистых холмов и фьордов, стоял небольшой дом из серого камня, крытый дёрном. В нём жили Инге и Ульрика. Инге была молода, высока и стройна, её глаза были ярче ясного неба, а волосы светлее песка на берегу. Стан её напоминал высокую сосну, а голос – журчание ручья. Она была задорна, весела и беззаботна.  

Её бабушка, Ульрика, прожила длинную, очень длинную жизнь и видела многое из того, что вообще бывает на свете. Лицо её покрывали морщины, руки были сухи, а волосы седы. Речь Ульрики была тихой и размеренной, но каждый, кто слушал её, не мог оторваться, отвлечься от её слов – они словно завораживали и надолго оставались с тем, кто слушал её. 

Однажды вечером, в день большого праздника, когда Инге вернулась домой и села у огня, Ульрика заметила слёзы в глазах внучки. 

- Что случилось, милая? – улыбнувшись, спросила бабушка ласково. – Может быть, стоит поделиться со мной неприятными мыслями, и я смогу тебе помочь? 

- Бабушка, - с обидой и досадой произнесла Инге, стараясь не смотреть в добрые и мудрые глаза Ульрики, чтобы скрыть слёзы. – Ну скажи, почему во всей округе нет ни одного парня, который мне бы понравился?! Все парни в округе заглядываются на меня, хотят танцевать со мной хоть весь праздник, но никого под стать себе я не нахожу! Я так и останусь одна в этом лесу! Смотри же: Петер, сын корабельщика, угрюм – за весь вечер он и сказал-то разве что пару слов. Эрик невысок ростом, а Кнуд, наоборот, как корабельная мачта. Улаф беден: он работает плотником, день и ночь строгает и рубит. Даже сегодня он пришёл лишь под конец, когда